Россия и Украина: жизнь по новым правилам

Дмитрий Анатольевич Медведев
  На чтение этой публикации уйдёт не более 15 мин

Дмитрий Анатольевич Медведев

Год назад, на исходе осени 2013 года, когда на Украине начался кризис, никто и представить не мог, к каким последствиям приведет этот «горький ноябрь» наших соседей.

Раскол в обществе, который прошел даже через семьи. Упадок в экономике. Всплеск радикализма вплоть до откровенного бравирования нацистской символикой. Потоки беженцев в сопредельные государства. Боевые действия на своей же земле против своих же соотечественников. И в итоге – тысячи погибших людей, включая мирных жителей.

Всего год – и от той близкой нам страны, с которой мы дружили, торговали, куда ездили отдыхать и навещать родственников, остались только воспоминания. Мы в России переживаем эти события как свою боль. Помогаем даже тем, кто эту помощь принимает с усмешкой, продолжая жить под лозунгом «Украина – не Россия». Мне искренне жаль, что другой стратегической программы развития страны представители украинской элиты пока не смогли ни предложить, ни реализовать. Как председатель правительства я вижу это каждый день в цифрах, которые подтверждают: самое трудное у наших соседей, к сожалению, еще впереди.

Какие бы выпады ни звучали в наш адрес, мы не имеем права поддаваться на провокации. Не имеем права забывать: по ту сторону границы живут близкие нам по духу, культуре, менталитету люди, судьба которых никогда не будет нам безразличной.

ОБЩЕЕ ПРОШЛОЕ

Чем определяется особый характер отношений России и Украины

Нас действительно объединяет очень многое. Ведь наши отношения своими корнями уходят в глубь веков. К сожалению, чтобы столкнуть два народа, на Украине сейчас отрицают объективные факты. В том числе – общность наших культур, веры, тысячелетней истории. Спекулируют на прошлом, навязывая идеологические конструкции, которые не имеют ничего общего с исторической реальностью. Это и понятно: такая близость, которая сложилась между русскими и украинцами – уникальна и имеет огромную силу. Она была определяющей в отношениях между нашими государствами и после обретения Украиной независимости – во всяком случае, не меньше, чем экономика. А для миллионов людей из России и с Украины, чьи судьбы, семьи, родственные связи всегда были тесно переплетены, уж точно была важнее других факторов.

Ведь каждому российскому человеку очень близка и понятна украинская культура, украинские народные песни, которые мы воспринимаем как свои, родные. Богатая талантами украинская земля дала миру художников, музыкантов, поэтов, писателей, творческое наследие которых является нашим общим достоянием. Пример – жизнь и творчество Репина, Куинджи, Ярошенко, Булгакова, Бабеля. Прожив часть жизни на Украине, они сохранили к ней самые теплые чувства и выразили их в своих картинах, а также в романах и рассказах. А как украсили русскую литературу украинские мотивы в произведениях Пушкина, Толстого, Куприна, Чехова, Блока, Пастернака, Мандельштама. Как можно определить, какой составляющей больше – украинской или русской – в бессмертных книгах Гоголя!

Эта культура принадлежит обоим народам. Изначально толерантная, открытая – она всегда роднила нас, была источником согласия между нами. Воспитывала в нас одни ценности и идеалы, принципы отношений между людьми, нормы поведения в обществе и в семейной жизни. Все то, что невозможно разрушить в одночасье. Даже когда мы стали жить в разных государствах, мы читали одни книги, любили одних артистов, смотрели одни фильмы. Говорили на одном языке, который почти треть граждан Украины считает своим родным и который понимают на Украине абсолютно все. И нам казалось, что в духовном, культурном общении между нами нет и никогда не будет границ.

Как создавалась украинская промышленность

Нас объединяли не только общие исторические и духовные корни. Но и тесная взаимосвязанность и взаимозависимость экономик, производственные и технологические цепочки, которые складывались десятилетиями.

Именно в составе единого с Россией государства, еще в XIX веке, происходило становление Украины как крупнейшего промышленного региона, а Донецкого бассейна – как одного из главных горнодобывающих и металлургических центров. Находясь в составе СССР, Украина не просто укрепила свою мощь, но, будучи аграрной республикой, получила еще и развитую промышленность. Крупнейшая в Европе гидроэлектростанция Днепрогэс была построена на Украине – силами всей страны. Так же ударно, под лозунгом «Все для Донбасса!», была проведена реконструкция угольного региона. Созданы гиганты машиностроения и металлургии (Харьковские тракторный и турбинный, Криворожский металлургический заводы, «Запорожсталь», «Азовсталь» и др.), транспортная инфраструктура, включая сеть морских портов, мощные аграрный и военно-промышленный комплексы. Появились уникальные производственные и научно-технические центры, включая «Южмаш», КБ «Южное», центр Патона.

В результате Украина стала одной из наиболее развитых союзных республик. Основная часть ее промышленности, сельского хозяйства и торговли финансировалась из бюджета Советского Союза. Усилиями многих людей и предприятий из самых разных республик был проложен нефтепровод «Дружба», построено пять атомных электростанций и семь ГЭС, которые и сейчас являются основой не только украинской энергетики, но и всей национальной экономики. Также благодаря созданному в советское время научно-техническому потенциалу Украина до сих пор имеет базовые аэрокосмические технологии, конкурентоспособную продукцию в отдельных сегментах авиастроения. Ведь почти треть всех построенных в советское время предприятий и конструкторских бюро ракетной и авиационной отраслей сейчас находится на территории Украины.

Как Россия поддерживала украинскую экономику

После распада СССР все это (включая газотранспортную систему) досталось в наследство Украине. Кроме того, все долги СССР взяла на себя Россия. А Украина вошла в свою новую историю, не обремененная никакими долговыми выплатами. Вот почему в 1991 году стартовые условия для ее развития были одними из лучших на постсоветском пространстве. Именно благодаря этому экономика независимой Украины осталась «на плаву». Причем до последнего времени Украина пользовалась достигнутыми в прошлом результатами. Продолжала опираться на кооперацию с Россией. Использовала наши ресурсы.

В сложнейший для самой России период, в июне 1993 года, наша страна выделила Украине кредит – около 250 млрд руб. Особая поддержка России позволяла успешно развиваться многим отраслям украинской экономики, в том числе авиационной и космической промышленности. В результате была создана первая национальная космическая программа Украины. Уровень технологических связей, включая атомную энергетику, между нашими странами был выше, чем у многих европейских государств в рамках ЕС. Поставки в Россию способствовали успешному развитию восточных регионов Украины.

Важную роль для украинской экономики, и прежде всего ее базовых отраслей, сыграли российские капиталовложения в машиностроение, металлургию и металлообработку, авиастроение, судостроение, нефтепереработку. Серьезным фактором, укрепившим банковскую сферу, также стали российские инвестиции. Причем наиболее значимые из них были сделаны в условиях глобального финансового кризиса 2008–2009 годов, когда кредитные учреждения Украины испытывали наибольшее напряжение из-за массового невозврата кредитов и набега вкладчиков.

Только для Украины были созданы исключительно льготные условия в энергетической сфере – такой энергетический эксклюзив. Долгое время (вплоть до 2006 года) стоимость газа для нее была предельно низкой – 40–50 долл. за 1 тыс. куб. м. А объемы поставленного сырья превышали те, что «Газпром» продавал Германии и Италии, вместе взятым. Тем самым наша страна, по сути, десятилетия субсидировала украинскую экономику.

Поскольку отдельного контракта на транзит не существовало, мы расплачивались за него непосредственно газом из трубы. При этом Киев отбирал газа больше, чем Россия должна была Украине за транзит. От этого постоянно росла украинская задолженность перед «Газпромом». Если мы ограничивали поставки, то украинская сторона начинала несанкционированно отбирать, а если быть более точным – воровать газ, предназначенный для европейских потребителей.

Конечно, Россия пыталась договориться с Украиной о цивилизованных принципах сотрудничества. В том числе во время переговоров президентов Владимира Путина и Виктора Ющенко в 2005 году, когда российская сторона предлагала отказаться от бартерных схем и перейти к денежным расчетам, разделить вопросы поставок и транзита. Однако Киев вел себя крайне неконструктивно, требовал для себя особых условий. Хотел установить европейский уровень цен за транзит, сохранив льготную цену за российский газ. Украинская сторона отвергала практически все наши предложения (включая предоставление кредита в размере 3,6 млрд долл. для погашения долга). Но даже в таких условиях Россия продолжала идти на компромиссы.

Отмечу, что Украина стала последней республикой бывшего СССР, с которой «Газпром» перешел на рыночные отношения в газовой сфере. В 2009 году впервые в истории взаимоотношений с этой страной была создана долгосрочная контрактная база, которая полностью соответствует многолетней международной практике ведения газового бизнеса. 19 января 2009 года после переговоров Владимира Путина и Юлии Тимошенко «Газпром» и «Нафтогаз» подписали новые долгосрочные контракты. Цена на газ и ставка транзита стала рассчитываться по общепринятым европейским формулам. Но даже после этого Украина продолжала нарушать свои обязательства по оплате, незаконно отбирала газ. В 2010 году мы с президентом Виктором Януковичем подписали новый пакет соглашений – «харьковских», согласно которым Украина продлила пребывание Черноморского флота в Севастополе на 25 лет, а Россия снизила стоимость 1 тыс. куб. м на 100 долл.

Постоянные перебои с платежами только накапливали долг Киева. К осени 2013 года он составил уже 2,7 млрд долл. Но и тогда российская сторона оказала Украине существенную поддержку. С 1 января 2014 года «Нафтогаз» должен был платить 268,5 долл. за 1 тыс. куб. м, то есть получать газ со значительной скидкой. Это позволяло бы Украине экономить около 7 млрд долл. ежегодно. Кроме того, правительство России предоставило Киеву кредит на 3 млрд долл., который в том числе должен был использоваться для погашения газовых долгов. Но платить никто не собирался. Поэтому в апреле 2014 года мы были вынуждены отменить «декабрьскую» скидку. И перейти – строго в соответствии с действующим контрактом – на цену около 485 долл. за 1 тыс. куб. м, которая Украину не устроила. А позднее (с июня) «Газпром» перевел «Нафтогаз» на предоплату поставок. Долг Украины на тот момент составлял 4,5 млрд долл.

При этом российская сторона никогда не использовала экономический фактор для решения каких-либо политических вопросов. Так, вопросы о подписании Украиной Устава СНГ, об установлении российско-украинской государственной границы или о пребывании Черноморского флота в Крыму решались на основе международного права.

Понятно, что любой шаг со стороны России при желании можно трактовать исключительно в негативном ключе – «экспансия», «зависимость», что некоторые теперь и делают. Игнорируя тот факт, что речь идет о рабочих местах, зарплатах украинских граждан, налогах в украинский бюджет. Но правда такова, что экономика независимой Украины была создана во многом благодаря поддержке России. А сумма российских инвестиций, льготных кредитов, поставок на льготных условиях далеко перевалила за сотню миллиардов долларов. Только за счет низких цен на газ Украина сэкономила более 82,7 млрд долл. Такой поддержки не получала ни одна республика бывшего Советского Союза. Мы не просто помогали украинской экономике, а, можно сказать, фактически содержали ее. Вряд ли от какой-нибудь другой страны, кроме России, Киев мог получать такие подарки в течение десятилетий. Но, к сожалению, эта экономическая реальность неадекватно воспринималась украинским руководством.

ТРЕВОЖНОЕ НАСТОЯЩЕЕ

Что привело Украину на край пропасти

Уходящий год войдет в историю Украины как один из самых тяжелых и трагических. Президент Янукович вел переговоры об ассоциации с ЕС, обещая стране «европейский выбор», но пытаясь при этом продолжать игру с Россией. В конечном итоге после экономического анализа всех рисков и возможных последствий, а также осознав, что гарантий серьезных и быстрых вливаний со стороны Запада нет, он притормозил процесс ассоциации с ЕС. В результате 22 февраля в Киеве произошел насильственный захват власти.

Дальнейшие действия руководства Украины, в том числе военные, привели страну к той экономической пропасти, над которой она стоит сейчас.

Не стану вдаваться подробно в социальную и экономическую статистику. Тем более что многие страны мира, а не только Украина, испытывают сегодня трудности. В том числе Россия. Однако в любом случае это не абсолютное падение ВВП на 7–9% (по оценкам МВФ и Минфина Украины), не 20-процентный годовой рост инфляции, не уменьшение почти на 40% золотовалютных резервов, не удорожание коммунальных платежей в полтора-два раза, не закрытие или фактическое банкротство крупных предприятий. И не висящая над страной проблема внешнего долга, который непонятно как платить и который в конце текущего года превысит объем ВВП. Видимо, нашим соседям предстоит пережить «вторые 90-е». И, к несчастью, проблема дефолта, а шире – непреходящая угроза социально-экономического коллапса Украины – не выдумки «кремлевских» или каких-либо других политтехнологов. Кстати сказать, значительная часть долгового пакета находится в руках России. Только за последнее время Россия инвестировала в Украину около 33 млрд долл. Это и капитал банков, и кредиты, и деньги «Газпрома».

Россия и Украина: жизнь по новым правилам

Украинская элита успокаивает себя и население тем, что «все будет хорошо». А хорошо будет благодаря «европейскому выбору», Соглашению об ассоциации с ЕС и достижению «независимости» от России.

Кто диктует правила Украине

Многие проблемы Украины начались именно в тот момент, когда киевское руководство – с очевидной подачи западных партнеров – стало говорить о необходимости уменьшения пресловутой зависимости от России. Тогда политика возобладала над экономикой. Крупные проекты, в том числе экономические, стали рассматриваться через призму возможного изменения баланса политических сил в мире. После 2009 года через формат «Восточного партнерства» Украине и ряду других стран, по сути, навязывалась идея сокращения сотрудничества с нашей страной.

В экономическом отношении подход европейцев и вовсе напоминал «диктант». Украине просто продиктовано, причем в деталях, все, что она обязана совершить едва ли не во всех областях жизни. Причем речь идет не о небольшой европейской стране с населением в несколько миллионов человек, а об одном из самых крупных государств на континенте.

Такая позиция четко отражена в Соглашении об ассоциации с ЕС. Она требует – без вступления в ЕС – привести национальное законодательство в полное соответствие с нормами ЕС в рамках «глубокой и всеобъемлющей зоны свободной торговли». И в дальнейшем учитывать текущие изменения в законодательстве ЕС. По сути, устанавливается абсолютный приоритет европейских норм и директив над национальным законодательством, а заодно и над национальными интересами. Только один пример – обязанность принять закон о реституции может привести к полной неразберихе в имущественных вопросах. Причем права на имущество смогут предъявить не только граждане Украины, но и большая часть граждан России, Польши и других государств, предкам которых это имущество принадлежало до 1940 года.

С точки зрения экономического сотрудничества отношение ЕС к Украине больше похоже на неоколониализм. Под видом «по-европейски честной» конкуренции продавливались односторонние преимущества для европейских и тесно связанных с ними украинских компаний. Украина нужна Европейскому союзу прежде всего как источник некоторых видов сырья. И, безусловно, как рынок сбыта для европейских компаний. Давайте посмотрим на структуру внешней торговли Украины с ЕС: подавляющая часть импорта приходится на товары конечного потребления (продовольствие, медикаменты, автомобили, электроника, бытовая техника и т.д.), а в экспорте преобладают сырьевые товары.

Значительная часть украинских предприятий на своем же рынке не выдержит конкуренции с европейскими товарами, которые хлынут на него при введении режима свободной торговли, поскольку по условиям Соглашения Украина почти полностью отменяет импортные пошлины. А что в этом случае произойдет с украинскими производителями – этого никто, похоже, не просчитывал. Никто не может сказать, какие перспективы, в свою очередь, откроются взамен перед украинскими предприятиями на высококонкурентном европейском рынке. Сумма преференций, которые предоставят Украине европейцы, оценивалась на уровне 400 млн евро в год. Но вряд ли это могло бы компенсировать даже несколько процентов от будущих потерь. Следствием тарифной либерализации, которая охватит до 98% товаров из Европы, станет постепенное вытеснение европейской продукцией конкурентов с украинского рынка. А вторая волна европейского торгового «цунами» вынесет весь этот объем на рынки стран Таможенного союза, что ухудшит условия бизнеса в рамках ТС. Конечно, мы не будем просто наблюдать за этим процессом, а примем ответные меры, результатом которых станет кардинальное снижение экспорта украинских товаров в Россию, Белоруссию и Казахстан. В этом случае потери Киева могут составить до 15 млрд долл.

Если говорить об аграрном секторе Украины, на долю которого приходится 17% ВВП и 27% национального экспорта, его перспективы также не самые радужные. И это в стране, которая всегда была житницей и славилась лучшими урожаями. А сейчас украинские сельхозпроизводители не по своей вине оказываются в заведомо проигрышном положении. В том числе – из-за дотаций, которые выделяются европейским фермерам и о которых украинским приходится только мечтать. И это – несмотря на уникальное качество сельхозземель и признанную высокую квалификацию украинского крестьянства.

По оценкам экспертов, в рамках Соглашения об ассоциации с ЕС Украина получает дискриминационную систему квот, абсолютно не отвечающую принципам зоны свободной торговли. Например, ежегодная квота на ввоз пшеницы устанавливается на уровне 950 тыс. тонн с увеличением в течение 5 лет до 1 млн тонн. Таким образом, без экспортных пошлин Украина сможет ввозить в Евросоюз только 50% поставляемой пшеницы. Остальной объем будет облагаться пошлиной по ставке 95 евро за тонну, что как минимум в полтора раза увеличит цену украинского зерна для потребителя.

Отдельных усилий и огромных затрат потребует переход на европейские технические стандарты и нормы, по которым уже через несколько лет должны будут работать промышленность и сельское хозяйство. По некоторым отраслям такую замену нужно будет провести еще быстрее. Например, машиностроение должно будет в полном объеме перейти на стандарты ЕС уже через два года. Тот путь, который индустриально развитые страны Европы (Германия, Франция, Голландия и т.д.) прошли за 5–6 десятилетий, Украина должна преодолеть за 5–10 лет. Чтобы оценить, насколько это реально, достаточно вспомнить, что на значительной части украинских предприятий стоит оборудование советских времен и используются технологии тех же лет.

Возможно, оценки затрат на эти преобразования, которые назывались правительством Януковича – от 160 до 500 млрд евро в течение 10 лет, и завышены. Но в любом случае это связано с очень крупными ассигнованиями. Ждать компенсации этих издержек от Евросоюза было бы наивно.

Почему Украину не ждут в ЕС

Страницы: 1 2 3

Смотрите другие выпуски в рубрике "События"
Свежие публикации
Закат политической карьеры «единоросса» Тулеева, или почему губернатор сбежал с места трагедии
Пожар в Кемерово: борьба с последствиями и «жёсткие меры»
Документальная пропаганда Владимира Путина
MoneyMan RU CPS
Тинькофф RU CPL
 Комментарии читателей
Совесть RU CPS
Яндекс.Метрика
© 2012-2018, Глазами офицера Наверх